Продолжение. Начало в № 82, 83, 84

Первое, что сделала Люся, когда приехала к тете Зине, — сходила на почту, купила конверт и тут же, на почте, написала Петру маленькое и ёмкое письмо. Я у тетки. Адрес. Пиши мне «до востребования».

А когда через два месяца вернулась домой, то в первый же вечер убежала на свидание.

  • • •

Свадьбу сыграли через год, после демобилизации Петра. Три года, как один денечек, отслужил он в прекрасном столичном городе. Друзей завел со всего света — грузин, латышей, бурятов, армян. Девушку свою здесь встретил. Чуть в тюрьму из-за нее не угодил. Но вот добился таки своего — Ритуля теперь жена его. Нет, не Люська. Люська осталась в прошлом.

Когда пришли во Дворец бракосочетания, молодых развели в разные комнаты. А потом по громкой связи пригласили каждого по имени и фамилии.

— На регистрацию приглашаются…

Свою фамилию и имя Петр услышал очень хорошо. А вот в невесты ему пригласили какую-то Маргариту. Он дернулся, решил, что ослышался. Но потом понял, что Маргарита носит ту же фамилию, что и его Люська.

— Т-а-а-к! Пойду-ка я посмотрю, кого это мне предлагают!

Но в зале его ждала его Люська. Смущенная и красивая, в белом крепдешиновом платье.

— Так это ты Маргарита?

— Я, — виновато улыбнулась невеста.

— Ладно, потом разберемся, — сказал Петр и решительно шагнул в зал регистрации.

Уже потом, когда ехали домой в такси, Люся рассказала ему, что по паспорту и по метрике она — Маргарита. Мама так назвала ее, чтобы хоть как-то примирить бабушку с внучкой. Не любила бабушка внучку, рожденную от нелюбимого зятя. Говорила, что от ребенка «Ильей воняет». А имена красивые и вычурные бабушка любила очень. Вот мама и назвала ее Маргаритой. Но когда малышка стала подрастать и лепетать, то сама себя стала называть Вусенькой. Люсенькой. Так с тех пор и стала она Люсей. Люськой. Люсёнком. А Маргарита она только по паспорту.

— Прости, что сразу тебе об этом не сказала. Я так привыкла к своему имени, что про Маргариту и не вспоминала. А потом даже страшно стало, что тебе это имя не понравится, и ты меня разлюбишь.

— Глупости, — отрезал Петр.

— Знаешь, ты зови меня по-прежнему. А про Маргариту пусть только паспорт знает, — попросила молодая жена.

— Нет уж! Раз Маргарита, так Маргарита. Будешь ты моей Ритулей, — Петр прижал ее к себе и крепко поцеловал.

  • • •

Так осталось в безвозвратном прошлом ее имя, так осталось в безвозвратном прошлом ее детство, озаренное и омраченное любовью. Петр-муж в корне отличался от Петра-возлюбленного. Оказалось, что он очень ревнив. Ревновал Риту чуть не к каждому столбу. Ей и по улице приходилось идти с опущенными глазами. А уж если одноклассник встретится и поздоровается, то совсем плохо. Сначала были просто безобразные сцены. Потом дошло до рукоприкладства. Ходила с синяками и кровоподтеками. А ей было всего шестнадцать. Хотелось нравиться, хотелось красиво одеться, хотелось пострелять глазами. Но всего лишь для того, чтобы оценили, какой у нее муж красивый, и как красиво они смотрятся вдвоем.

Рите приходилось учиться жить с этим жестким и жестоким человеком. Матери она никогда не жаловалась. Тоже почему-то боялась. По инерции, наверное. Терпела побои и оскорбления, тихо плакала в подушку, когда Петр засыпал.

Сын родился через год. Рите было семнадцать. Они жили по-прежнему в квартире родителей, все в той же одной большой комнате, разделенной пополам мебелью. Мама вышла замуж второй раз, и вместе с младшей дочерью и новым мужем съехала на съемную квартиру. Бабушка уехала гостить к тете Зине, одной из трех своих дочерей. Остался отец за символической перегородкой. Одинокий и постаревший, переставший скандалить, когда выпьет. С зятем он не дружил. Потому что сам по природе своей был человеком добрым. И жестокость Петра удивляла его и возмущала. Он пытался вступаться за дочь, но понял, что это приносит ей еще большие страдания.

Когда сыну исполнился год, Рита пошла работать. Работал и Петр. Но денег все равно хронически не хватало. Помогала мать, тайком отдавая Рите алименты на младшую дочь, покупая одежду внуку, дочери и даже «любимому» зятю. Так и жили.

  • • •

За одиннадцать лет совместной жизни Рита с Петром где только не побывали. Не сиделось мужу на месте, все хотел найти место, где лучше, теплее, сытнее и зарплата больше. Из столицы они уехали, когда сыну было три года. Надоело зятю жить с тестем в одной комнате. И он завербовался на работу в Казахстан – на завод железобетонных конструкций. Обещали хорошую зарплату и отдельную квартиру. Но там не прижились. Хоть и квартиру дали, и должность у Петра была неплохая. Но он стал заглядываться на других женщин, а потом и открыто гулять. И поэтому еще больше бить жену. Жизнь превратилась в какой-то непрерывный кошмар для Риты. С нервным срывом и сильнейшим воспалением печени она попала в больницу. Врачи порекомендовали Петру сменить обстановку, а еще лучше – климат. Через два года они из Казахстана уехали, заплатив неустойку – все заработанные деньги – за невыполненный контракт.

Потом они строили порт на Черном море. Там прожили только несколько месяцев. Братья Петра сманили их в село на Дунае. Все они жили там кучно. Все были женаты и имели детей. Но даже сами они не предполагали, что когда соберутся они все четверо, то и драться друг с другом будут безжалостно, словно давние заклятые враги. Характеры у всех братьев одинаковые, а когда хмель затуманивал разум, то вылезало на свет самое худшее в них – злость, зависть, похвальба и слепая ярость. Вымещали все это они на женах и друг на друге. И хорошо, если это заканчивалось подбитым глазом, а бывало, что и зубы крошили, не раздумывая.

В совхозе построили для Петра и Риты дом. Новый, чистый, красивый. Землю дали для сада-огорода. Сын уже в школу пошел. Живи да радуйся. Но радость не приходила. Чем дальше, тем больше Рита понимала, что живет в рабстве, битая и униженная когда-то любимым мужчиной. Уйти от него она хотела и не раз. Но всегда он ее останавливал, возвращал, то кнутом, то пряником принуждая жить вместе. А однажды просто сказал: уйдешь – убью.

После очередной, особенно жестокой, пьянки и драки, Петр снова решил искать место, «где лучше». Бросив дом, землю, устроенный быт, хорошую должность и «любимых» братьев, он снова устремился на поиски лучшей жизни.

На этот раз решил поселиться в том городке, откуда давным-давно его Люся прислала ему письмо. Поселились у Ритиной тетки. Но совсем скоро Петр устроился на завод, получил квартиру и снова обзавелся домашним скарбом. Несмотря на свой задиристый характер, Петр был тружеником, мог руками сделать что угодно, и умом его Бог не обидел. Это ценили на работе, поэтому так быстро удавалось ему то, что другие годами ждали от начальства – квартира, должность.

Ольга Костина

Продолжение в следующем номере