(Продолжение. Начало в №76, 77)

5

Юрий получил звание лейтенанта, офицерскую новенькую форму и офицерское жалованье за два месяца. Весь июль он мог отдыхать. От учебы, от экзаменов, от бесконечных свадеб друзей, от дружеских попоек и от утомивших его подружек.

 

После неудачных попыток со Светой и Тамарой, Юра долго ничего не хотел предпринимать. А потом сам для себя неожиданно назначил встречу Татьяне.

 

Он не знал, для чего. Попрощаться, еще раз увидеться, убедиться, что он для кого-то еще что-то значит? «Соскучился», — сказал он самому себе.

 

Таня пришла вовремя, уселась на скамейку в парке и расплылась в улыбке, когда увидела Юрия. «Какая же она все-таки милая!» — подумал он и сказал это вслух.

 

— Спасибо, Юра! — радостно ответила на его комплимент женщина. — Я очень рада, что ты нашел для меня время попрощаться. Ведь ты пришел попрощаться?

 

— Вообще-то, я пришел увидеть тебя. Соскучился. И подумал, а может, ты вдруг захочешь… — Юра замялся.

 

— Всегда тебя хочу, — без стеснения сказала Таня. — Наверное, должно быть стыдно, такое говорить молодому мужчине. Но мы ведь давно знаем друг друга, чего стесняться. Ты молодец, что пришел. Я буду помнить это.

 

— А если бы я сказал тебе, что хочу всегда быть с тобой? — бросил пробный камень Юрий.

 

— Ну что ты, как маленький? Ты вырос, смотри, какой мужчинка видный стал. Ты что, боишься самостоятельности? Так её все боятся вначале, когда она приходит. Юра, милый мой и хороший Юра! Извини, я никогда не смогу всегда быть с тобой. И потом — я уже тебя переросла. Не в том, смысле, что умнее тебя, а в том, что давно уже стала взрослой женщиной и теперь у меня другие приоритеты. И я уже замужем больше года!

 

— Да. Не бери в голову. Это я так. Ляпнул и не подумал. Вернее подумал, что может еще все склеится.

 

— Не может, Юра. Ты не обижайся. У меня другая жизнь.

 

— Да понял я, понял, — Юрий встал с лавочки и одернул китель.

 

— Не дуйся. И поцелуй меня. Всегда нужно расставаться хорошо, чтобы помнить человека радостно.

 

И Юрий поцеловал ее. Так, как целовал в лучшие минуты их встреч. А когда вышел из парка, то действительно ощутил в душе какое-то радостное и приподнятое чувство. Умная женщина Татьяна умела не только любить, но и учить полезным вещам. Оказывается, можно расставаться без взаимных упреков, оскорблений и плевков в душу. Вот так красиво и легко.

 

Таня еще долго сидела на лавочке в парке, смотрела на опустевшую дорожку и улыбалась сама себе.

 

6

Дома было хорошо. Дома была мама, ее забота, ее теплые руки и любимые пирожки с вишнями. Днем Юрий отсыпался. По вечерам ненадолго уходил встречаться с друзьями. Почти все имели семьи, маленьких детей и хронический недостаток времени. Но он все равно приходил к ним домой, знакомился с женами и брал на руки их детишек.

 

После одного такого визита, Юра вспомнил о Лидуле, девушке, которая приходила к его маме и просила адрес. «Нужно наведаться», — подумал мужчина.

 

Его совсем не мучили угрызения совести. Тогда, четыре года назад, он убедил себя, что Лида просто решила его заарканить. А если и была беременной, то уж позаботилась о себе сама. Больше ведь она мать не беспокоила. Лиду он всегда вспоминал с теплотой. Маленькая, хрупкая, с огромными, в пол-лица, глазами — рядом с длинным Юрой она выглядела Дюймовочкой. Он и называл ее так, а она всегда краснела то ли от стыда, то ли от удовольствия.

 

Лида жила с мамой, которая пропадала на двух работах, чтобы как-то одной поднять дочь. Но девушка с четырнадцати лет стала неожиданной помощницей матери. Она отлично шила, просто талант имела. Обшивала своих подружек. А потом  потянулись к ней заказчики, появились деньги.

 

— Лидуша, ты откладывай то, что заработала, — как-то посоветовала ей мать. — Ведь через год-два захочешь
в институт поступить. А я тебе помочь не смогу. Сама знаешь. А так на первые два года тебе хватит, а там жизнь покажет, может, человек тебе хороший встретится, замуж выйдешь, он тебя и доучит.

 

— Да ну тебя, мама, — краснела Лида, но деньги откладывать стала.

 

Юра помнил ее порой озабоченной, но всегда веселой. Неунывающая и жизнерадостная, она поднимала настроение всем вокруг себя. Парень никогда не слышал от нее жалоб. Ему с этой девушкой было удивительно легко.

 

Сейчас он шел к ней в полном офицерском облачении, несмотря на душный знойный июльский вечер.

 

Он вошел во двор, где на лавочках возле подъездов сидели бабули. Кричали мальчишки возле гаражей, пищала малышня в песочнице. Всё это так было похоже на собственное Юркино детство, сто он даже приостановился и зажмурился.

 

Когда он открыл глаза, к нему от песочницы бежала какая-то молодая женщина.

 

— Лида! — успел воскликнуть он перед тем, как она маленькими сильными руками обвила его шею. Она встала на цыпочки, чтобы сделать это и все равно с трудом дотягивалась до его лица.

 

— Лида! Ты меня узнала! — радовался Юрий ее реакции.

 

— Я тебя никогда не забывала, — она разжала руки и отступила от него на шаг. — Я бы тебя и через сто лет узнала.

 

— Вот приехал в отпуск перед тем, как уехать, — Юра не знал, о чем говорить со своей бывшей возлюбленной.

 

Она слегка располнела, но ситцевый открытый сарафан не скрывал ее аппетитные формы.

 

— Женился?

 

— Нет, как-то не получилось.

 

— А когда уезжаешь?

 

— В начале августа.

 

— Что же мы стоим, пойдем в дом, я тебя угощу чем-нибудь, поговорим.

 

Они шли мимо лавочки, где заинтересованно затихли старушки.

 

— Валентина Петровна, приглядите за Мишкой, я недолго. Тут гость такой… — Лида просяще смотрела на пожилую женщину.

 

Та, поджав губы, процедила ехидно:

 

— Да уж видим, какой гость. Ступай! Приглядим, — и она осуждающе посмотрела им вслед.

 

— Кто это — Мишка? — настороженно спросил мужчина.

 

— Сын. Сын мой Мишка.

 

— Так ты замуж вышла?

 

— Вышла, — Лида неожиданно залилась предательским румянцем.

 

— Слушай, — остановился Юрий, — неудобно как-то, муж что тебе скажет?

 

— Что-нибудь скажет. Да не переживай ты! Его дома нет, он завтра приедет, — и она потащила его за руку в дом.

 

Ольга Костина

(Продолжение в следующем номере)