Многие родители, приехавшие в Канаду по спонсорству, первое время ощущают себя очень комфортно: дети стараются показать все местные достопримечательности, вывезти на прогулку в парк, к озеру, показать Торонто или Квебек. Но вот вы насытились впечатлениями, а дети устали от необходимости насыщать ими, и наступили будни. Канадские будни.

 

Магазин находится далеко, да и не с чем вам туда идти. К озеру можно добраться только на машине. В парк нужно ехать автобусом, а вы не знаете ни расписания, ни правил общественного транспорта. Выйти прогуляться – или в одиночестве, или с внуками. Но лучше с внуками, потому что в одиночестве прогуливаться скучно. Если каждый день.

 

Когда вы напрашиваетесь поехать с сыном или дочерью в магазин, часто слышите – мама (или папа), скажи, что тебе нужно, я куплю. А может вам нужно именно то, чего вы и сами не знаете. Вот придете в магазин, увидите и поймете, что вам нужно позарез вот это, о чем вы раньше и не думали никогда. А тут увидели и поняли – очень хочу этого.

 

Дети наши живут в другом измерении, они уже приспособились, приехав в Канаду гораздо раньше вас. Внуки вообще из четвертого измерения – часто не понимают, что вы им говорите или рассказываете. И это нормально, потому что человечество развивается по спирали. Вот ты как будто рядом с детьми, а оказывается, что это уже следующий виток. Дотянуться можно, но для того, чтобы понять, нужно перейти на следующий уровень.

 

Но вот вы, наконец, научились произносить по-английски свое имя. Можете ответить на вопрос, когда вы родились и откуда приехали. И вам тут же очень захочется самостоятельности. Той самой, на которую вы опирались всю свою сознательную жизнь. Той самой, которая дает вам относительную независимость и возможность выбора.

 

Если вам позволяет возраст и здоровье, вы рано или поздно захотите найти работу, которой можно заниматься в свободное от внуков время и которая сможет обеспечить вам хоть какую-то материальную основу. Ну, не просить же постоянно у детей деньги на всякие мелочи: витамины, краску для волос или на проезд в автобусе. То есть морально вы уже созрели для работы в Канаде.

 

Так как английский язык я еще не освоила до уровня такой работы, где нужно общаться с людьми, доступными для меня остались те виды деятельности, где можно молчать, общаться на родном языке или работать руками. То есть идти в няньки (бебиситтерство) в русских семьях или клининг. То есть уборка по-нашему.

 

Знакомый сына предложил заниматься уборкой офисов. Сын согласился, в свою очередь, предложив эту работу мне. Мне эта идея понравилась, хотя раньше я таким видом деятельности не занималась. Но какая русская женщина не сможет убраться дома. А офис ничем от собственного дома не отличается, разве что ответственности больше.

 

И вот наступил первый день моей работы. Конечно, сначала для того, чтобы объяснить мне всю специфику офисной уборки, со мной поехал сын. Дело было зимним вечером, мы приехали к офису, выгрузили все необходимые уборочные атрибуты и вошли. Вход состоял из двух стеклянных дверей, разгороженных тамбурным промежутком, в котором находился пульт охраны. Преодолев этот тамбур, мы оказались в самом офисе.

 

Мне всегда очень интересно все новое. Я разделась и пошла осматривать все помещения, а сын объяснял, где и что нужно сделать. Потом он вспомнил, что забыл в машине пылесос, и вышел за ним на улицу. Двери за ним захлопнулась, сначала одна, потом другая. Я продолжала созерцать, чувствуя в душе гордость, что смогу теперь не только брать у семьи, но и отдавать ей.

 

Сын постучал с улицы в стеклянную дверь, показывая мне знаками, чтобы я открыла изнутри. Я, преисполненная рабочего рвения и любви к сыну, ринулась ему отрывать. Двери изнутри открывались легко – легким нажатием на ручку. Открыв первые двери, я шагнула в тамбур и стала открывать другие, ведущие на улицу.

 

В это время внутренние двери стали автоматически закрываться, что я поняла по изменившемуся лицу сына. Он замахал руками, потом закричал, но когда я обернулась, внутренняя дверь, ведущая в офис, медленно завершала свое движение. И щёлк – закрылась. Сына я в тамбур впустила, но пройти дальше мы не могли. Наши теплые куртки вместе с ключами от офиса лежали за освещенной стеклянной дверью. Они были на расстоянии вытянутой руки, но недостижимы.

 

Как всегда в таких случаях, была немая сцена. Я понимала, что чего-то не учла и что-то пошло не так. Чувство собственной вины и никчемности сначала придавило меня. Но свято помня, что безвыходных ситуаций не бывает, я приободрилась. Сын молчал, пыхтел, пытаясь открыть кодовый замок на внутренних дверях. Тот код, который назвала ему женщина, ранее убиравшая это помещение, никак не подходил. Мы снова и снова пробовали новые комбинации цифр. Никаких результатов.

 

Позвонив этой работнице, мы поняли, что она сама толком кода не помнит, потому что всегда открывала ключами. Мы еще некоторое время безнадежно пытались открыть замок. Сын меня не упрекал, но смотрел так, что лучше бы он назвал меня как-нибудь обидно. Я бы поняла. Протоптавшись 40 минут в междудверьи, мы окончательно поняли, что сегодня мы на работу не попадем. Увы!

 

Хорошо, что ключи от машины сын положил в карман брюк. А то мы остались бы заложниками этой стекляшки. Без курток, с пылесосом в руках, мы сели в машину и поехали домой. Какое-то время ехали молча. Потом мне стало так смешно, что я стала улыбаться, потом и смеяться вслух. Сначала сын с недоумением поглядывал на меня, потом и сам стал улыбаться. Лед растаял!

 

Конечно, на следующее утро, встав очень рано, мы поехали на свою работу. К счастью, там уже был человек, который и открыл нам двери. Но это был уже второй мой рабочий день.

 

А первый буду хорошо помнить. Отныне я и двери всегда придерживаю, и что самое главное – ключи всегда ношу при себе. Теперь я понимаю, почему здесь так ценится канадский экспириенс. Опыт!

 

Ольга Костина